Дональд Трамп и Си Цзиньпин обсудили вопросы, связанные с развитием Искусственного интеллекта во время встречи в Белом доме. Оба лидера вынесли тему ИИ в публичные заявления, однако договоренности о единых ограничениях, обязательном тестировании моделей или запрете их военного применения по итогам встречи не объявили.
Самый конкретный результат появился еще до саммита. США предложили Китаю создать механизм уведомлений об ИИ-инцидентах, которые могут затронуть национальную безопасность. Министр финансов США Скотт Бессент назвал его частью нового американо-китайского диалога по ИИ. По его словам, речь идет о постоянном канале связи на случай серьезных происшествий.
Тон задал сам Трамп. За несколько часов до встречи он написал в Truth Social, что «Суперинтеллект» (так администрация теперь называет ИИ) станет большой темой обсуждения, «но я хочу оставить все ровно так, как есть». По словам президента, позиция Китая совпадает с американской, а роль американского ограничителя выполнит Министерство юстиции. Си ответил мягче и шире. Во время переговоров он сказал, что обе страны «обладают и возможностями, и ответственностью развивать и регулировать ИИ во благо» и следить, чтобы технология всегда оставалась под контролем человека. Соперничество, по его словам, должно оставаться здоровой гонкой, в которой стороны догоняют друг друга, и не превращаться в схватку с обязательным проигравшим.
Основная работа шла за кулисами. Министр финансов США Скотт Бессент и вице-премьер Госсовета КНР Хэ Лифэн за три дня до саммита провели в Нью-Йорке восьмичасовое обсуждение вопроса. Там американская сторона предложила механизм уведомлений об ИИ-инцидентах, которые угрожают национальной безопасности. В него хотят включить четыре категории: модели, которые вышли из-под контроля разработчиков, помощь нейросетей негосударственным группам в создании биологического оружия, угрозы критической инфраструктуре и обмен данными о серьезных сбоях. Журналисты сразу сравнили идею с «красным телефоном» между Вашингтоном и Москвой, который появился после Карибского кризиса. Пекин, впрочем, подтвердил лишь сам факт «первого диалога по вопросам ИИ», а агентство Синьхуа упомянуло нейросети в отчете о переговорах одной строкой. Параметры механизма не раскрыты. Politico еще до саммита описало его как неформальный план, которого, по словам источников издания, недостаточно.
Список несогласованного вышел длиннее. Стороны не договорились ни об обязательных ограничениях для фронтирных моделей (самых мощных нейросетей своего поколения), ни о запрете ИИ в биологическом, ядерном и кибероружии, ни об общих правилах тестирования и аудита. Экспортный контроль на чипы, по словам торгового представителя США Джеймисона Грира, в повестку вообще не входил. Зато торговое перемирие продлили на два месяца, до 10 января.
При этом внутри США дискуссия об ИИ и Китае идет не только вокруг безопасности моделей, но и вокруг доступа к вычислительным ресурсам: передовым ускорителям, оборудованию для производства чипов и облачной инфраструктуре. Позиции в Вашингтоне заметно расходятся. Часть политиков требует ужесточать экспортный контроль, опасаясь, что американские технологии помогут Китаю сократить отставание в военных и гражданских ИИ-системах. Предлагают даже отслеживать местоположение чипов. Бизнес, напротив, предупреждает, что чрезмерные запреты могут ослабить позиции американских компаний на мировом рынке.
Индустрия в эти дни держалась рядом с политиками. На государственный ужин в Восточном зале пригласили Илона Маска, Сэма Альтмана, Дженсена Хуанга, Тима Кука, Марка Цукерберга, Сатью Наделлу, Сундара Пичаи и Джеффа Безоса. Днем ранее Альтман и Дарио Амодеи выступали в Совбезе ООН, и глава Anthropic предложил начинать с малого, например с запрета использовать ИИ для создания биологического оружия. Тем временем Трамп собирает «Силы ИИ» и подбирает куратора по ИИ.
Следующий раунд переговоров по ИИ пройдет в Шэньчжэне примерно через два месяца, в дни саммита АТЭС, который Китай примет у себя в ноябре.
