Право на обращение в суд — одно из фундаментальных достижений цивилизации. Именно верховенство закона позволяет регулировать общественную жизнь в правовом поле, тогда как в прежние времена сильный мог просто отнять у слабого желаемое. Однако любой инструмент уязвим к злоупотреблениям. Когда потребитель подаёт иск к производителю мебели за брак или не соблюдение сроков по изготовлению кухни стоимостью 6 000 рублей, требуя возместить ущерб ему в 13 000 (включая неустойку, моральный вред, расходы общественной организации по защите прав потребителей и штрафы), это уже не отстаивание интересов, а способ заработать не очень красивым образом. В западной юриспруденции такое явление давно получило название «потребительский экстремизм» (consumer litigation abuse) — злоупотребление правом на судебную защиту в корыстных целях. В Беларуси масштабы уступают американским, где индустрия коллективных исков давно превратилась в самостоятельный бизнес. Тем не менее отечественные компании уже сейчас несут значительные потери, тратят время и нервы. И это вовсе не единичные случаи.
Евгений Пардаев, белорусский юрист с пятнадцатилетним стажем и председатель правления Ассоциации «Правосубъектность». Целью своей работы он ставит задачу защиты предпринимателей от недобросовестных клиентов, которые по любому поводу готовы идти в суд. Специалист считает, что бизнес зачастую проигрывает такие дела не потому, что виноват, а потому что не умеет отвечать на претензии. И создал автоматизированную юридическую ИИ-систему ALAS, которая значительно упрощает отстаивание своих прав и деловой репутации.
«Моя система убьёт профессию юриста»
ITNEWS.pro: Евгений, расскажите: «потребительский экстремизм» в Беларуси — это реальная проблема или всё же больше страшилка для предпринимателей?
— Реальная. Причём часть людей уже вполне профессионально на этом зарабатывает. Есть граждане, которые методично ищут нарушения, подают претензии, потом иски и получают через суд суммы, многократно превышающие реальный ущерб. Неустойка, моральный вред, штраф в пользу потребителя, расходы общественного объединения — всё это суммируется. Закон позволяет, процедура отработана, и при грамотном подходе это превращается в доходную деятельность. Не массовую, но вполне реальную.
ITNEWS.pro: Общества по защите прав потребителей — они участвуют в этой схеме?
— Они действуют в рамках закона, здесь важно понимать. Но баланс явно смещён. В Беларуси около двадцати организаций, которые занимаются защитой прав потребителей и могут обращаться в суд от их имени, получая процент от взысканного. А организаций, которые системно защищают предпринимателя от злоупотреблений со стороны потребителей, — практически нет. Наша Ассоциация «Правосубъектность» — одна из немногих, кто вообще занимается этой темой.
ITNEWS.pro: Вы лично участвовали в процессах, когда жалоба оказывалась манипуляцией?
— И не один раз. Дело касалось изготовления кухни. Проект согласован, подписан договор, мебель сделана. Но заказчица вдруг решает изменить размер шуфлядки, но без дополнительного соглашения и доплаты. Мы сказали нет, так делать нельзя. Я видел переписку сторон и понимал почему она так поступает. Есть определенные триггеры, как уловить «потребительского экстремиста». Так и вышло. Женщина подала в суд на расторжение договора, при этом требовала, чтобы ей вернули деньги, а кухня осталась у нее. Я приехал в Витебск на сутки. И мне сказали, что эта женщина на самом деле сама предприниматель, торгует сантехническим оборудованием. Ну я пошел на рынок покупать у нее товар. Чек мне не дали. Все это было зафиксировано. А через два часа у нас процесс, и мы встречаемся в суде. Она все поняла, иск был отозван. Справедливость в этом случае восторжествовала, но это очень частный случай, так сошлись звезды. И, конечно, это такой лайфхак вне правового поля. А что делать, когда объемы у производителя серьезные, и он чуть ли не каждую неделю сталкивается с такими «заказчицами»? Причем, тут была еще одна ловушка. Если бы студия переделала ту шуфлядку, то был бы нарушен подписанный проект, а значит, несоответствие договору. И снова можно идти в суд. Необходимо было комплексное решение.
ITNEWS.pro: Именно это и привело вас к идее ALAS?
— В том числе. Я видел, что проблема системная: бизнес зачастую молчит от беспомощности. Я не говорю про крупные компании, а про малый и средний бизнес. Приходит претензия — непонятно написанная, с ссылками на статьи законов, с требованиями, которые звучат пугающе. Директор маленькой мастерской или магазина просто не знает, что делать. Позвонить юристу — деньги и время. Ответить самому — риск написать что-то, что потом обернётся против него в суде. Промолчать — почти гарантированный проигрыш. Нужен был инструмент, который закрывает этот пробел.
ITNEWS.pro: Как технически устроена система?
— ALAS — это не ChatGPT с юридическим промтом (инструкцией для нейросети). Принципиальное отличие в том, что общие языковые модели обучаются на хаотичном массиве всего, что есть в Интернете, и не несут ответственности за юридическую точность. Наша система обучена специально, вручную, двадцатью профессиональными практикующими юристами Беларуси. В базе — более 800 реальных рассмотренных дел, свыше 20 000 нормативных актов именно белорусского законодательства, более 10 000 реальных претензий и ответов на них, около 5 000 исков и возражений. Это не генерация красивого текста, это работа с конкретной правовой системой.
ITNEWS.pro: Почему важно, что это именно белорусская правовая система, а не универсальная?
— Потому что мы живём в стране с романо-германской правовой системой (континентальное право, где судья опирается на писаный закон и кодексы, а не на прецеденты предыдущих решений, как в англосаксонской системе). У нас нет прецедентного права. Это значит, что решение суда по аналогичному делу — это ориентир, но не обязательный источник права. Ключ — это норма закона и её правильное применение к конкретным обстоятельствам. GPT не знает тонкостей белорусского Гражданского кодекса, закона о защите прав потребителей в белорусской редакции, специфики расчёта неустойки по белорусским актам. ALAS знает. Её буквально учили люди, которые выигрывали именно эти дела в именно этих судах.
ITNEWS.pro: Как выглядит процесс использования системы на практике?
— Пользователь получает претензию, иск или жалобу. Сканирует или фотографирует документ, загружает в систему. Указывает желаемый результат: отказать, признать частично, ответить альтернативно. Система анализирует текст, находит применимые нормы, формирует готовый ответ с правовым обоснованием. Распечатываешь и отправляешь заявителю или в суд. Никакого юридического образования не требуется. Это важно, потому что претензии в реальности получают не юристы — их получают менеджеры, продавцы, администраторы, директора, которые понятия не имеют, как правильно реагировать.
ITNEWS.pro: Есть конкретный пример того, как система сработала в реальном деле?
— Один из свежих кейсов: компания изготовила мебель, передала, подписала акт. Через какое-то время — претензия с требованиями расторгнуть договор, вернуть деньги, выплатить неустойку и моральный вред. Общая сумма — более 7 000 рублей. Пользователь без подготовки открыл ALAS, загрузил договор, переписку, претензию и иск. Система сформировала позицию защиты: где истец противоречит сам себе в требованиях, где нарушены процессуальные сроки, где сумма явно завышена, где начинается злоупотребление правом. Итог в суде — отказ в расторжении, отказ в возврате денег, снижение неустойки, отклонение морального вреда. Фактически дело выиграно. Тридцать минут работы.
Был еще случай, когда иск получили за сутки до заседания. Физически приехать в другой город не получалось. Загрузили в систему всё, что было, получили возражения меньше чем за минуту, отправили в суд электронной почтой с физическим дублированием. Из почти 13 000 заявленных рублей суд взыскал около 4 000. Экономия — больше 8 700 рублей. Пятнадцать минут и подписка на систему против нескольких дней работы юриста и гарантированного взыскания полной суммы при молчании.
ITNEWS.pro: Сколько стоит ALAS в сравнении с живым юристом?
— Разовый контракт с внешним юристом на подготовку ответа на претензию в Беларуси обойдется в среднем 300–500 белорусских рублей. Сложный пакет с анализом и сопровождением — от 500 до 1 500 рублей и выше. Содержать штатного юриста — от 2 000 рублей зарплаты плюс отчисления в ФСЗН (Фонд социальной защиты населения), страховка, рабочее место, аренда — реально выходит от 4 000 рублей в месяц за одного специалиста. Месячная подписка на ALAS — 1 490 рублей, считайте сами. При этом система способна выдавать 120 ответов в час.
ITNEWS.pro: Это единственная такая система в регионе?
— Насколько мне известно — да. ALAS на сегодняшний день является единственной подобной системой на пространстве ЕАЭС (Евразийский экономический союз, объединяющий Беларусь, Россию, Казахстан, Армению и Кыргызстан), специально обученной под конкретную национальную правовую систему для работы с потребительскими спорами. Интерес к масштабированию есть, но пока я не вижу для этого реальных возможностей. Каждая юрисдикция — это отдельный массив законодательства, отдельная судебная практика, отдельная логика расчётов. Нельзя взять белорусскую базу и просто «натянуть» её на российское или казахстанское право. Это отдельный проект с отдельной командой юристов. Сейчас мы делаем своё дело хорошо здесь. Это важнее, чем быстро расширяться и делать его плохо везде.
ITNEWS.pro: Где граница? Когда ALAS не заменит живого юриста?
— Я думаю, что рано или поздно ALAS просто сделает ненужной профессию юриста. Говорю об этом честно, без ложной скромности и без лишнего самопиара. Да, более отдаленное время — сложные доказательственные споры, нестандартные ситуации, уголовные дела, вопросы, где решается судьба человека. Но в делах о защите прав потребителей, думаю, что это произойдет довольно скоро. Наш инструмент заточен под конкретный и очень массовый сегмент задач. Оптимальная модель работы с системой —человек в контуре принятия решений: ALAS готовит черновик, ответственный сотрудник проверяет и утверждает.
В мировом контексте ALAS — не исключение, а локальный вариант глобального тренда. Thomson Reuters выпустил CoCounsel, LexisNexis развивает Lexis+ AI, Harvey AI оценивается в несколько миллиардов долларов — все они делают примерно то же самое: убирают рутину из юридической работы. Разница в масштабе и юрисдикции. Там — тысячи корпоративных клиентов, многоступенчатые интеграции с корпоративными системами документооборота, бюджеты на исследования, которые сопоставимы с ВВП небольших стран. Здесь — конкретное белорусское законодательство, конкретная судебная практика и подписка за 1 490 рублей в месяц, доступная малому бизнесу без собственного ИТ-отдела. По соотношению специализация — цена — доступность это вполне конкурентная позиция.
Система ALAS постоянно улучшается, происходит дообучение, вносятся новые нормативные акты, решения Пленумов Верховного суда. Узнать подробнее и попробовать воспользоваться системой можно на сайте проекта.
